Об истории переписей населения в России

 

 

                                                                                               

История населения – история общества. Изменения численности населения и его состава, а также тех демографических процессов, которые обусловливают эти изменения, отражают сложные, иногда противоречивые, а порой трагические события в жизни стран и населяющих их народов.

У переписей населения длинная история. Есть упоминания в Священных книгах Ветхого Завета, что когда Иисус Христос родился и пришел на землю, в Римской империи проходила перепись населения. Согласно Евангелию от Луки, когда «вышло от кесаря Августа повеление сделать перепись по всей земле», богоматерь Мария вместе с названным отцом Христа Иосифом шли в Вифлеем (как сказали бы мы сегодня – к переписному пункту). И по случаю переписи у них не было возможности остановиться в гостинице – все места оказались заняты. Именно поэтому Христос родился в пещере, куда загоняли скотину. Этот год стал началом нового летоисчисления.

Учетом населения правители и государства занимались во все времена. Тамерлан считал своих воинов при помощи брошенных в кучу камней. Скифы применяли ту же «методику», но использовали не камни, а наконечники стрел. Регулярно переписывали «налогоплательщиков» в  грамотном Древнем Египте. Доподлинно известно, что в Китае пересчитывали население еще более 4 тыс. лет назад.

Учеты населения в нашей стране тоже  имеют свою большую историю. Известно, что они проводились уже в VII в. в Киевской Руси и в Новгородской земле в целях сбора налогов с населения.

Во времена татаро-монгольского нашествия учет был похозяйственным: учитывались для обложения данью дома или «дымы». Первая перепись, проведенная татарами, относится к 1245 г. Вслед за ней было проведено еще три переписи, примерно, через 14 лет каждая. Меняющийся характер единиц обложения («со двора», «с мужа», «с дыма», «с плуга» и т.д.) отражался на характере собираемых сведений. Переписи не были всеобщими, так как они не включали часть населения, освобожденную от обложения. Летописи древнейшего периода подчеркивают, что хотя татары и «изочтоша всю русскую землю», однако «не чтоша попов, черицев и кто служил святым церквам», т.е. ту привилегированную категорию населения, которая была освобождена от взимания дани.

Необходимость превращения похозяйственных записей в юридический документ обусловливала правильность записей, подтвержденных со стороны облагаемого дома-хозяйства. Далеко не всегда в «числах» правильно воспроизводились элементы хозяйства и, по признанию, летописца, «творяху бо себе бояре добро, а меньшим бе зло», что вызывало протесты облагаемых и необходимость повторных описаний. 

В России в XIV–XVI вв. имели место земельно-хозяйственные описания. Результаты их фиксировались в так называемых писцовых книгах. Значение писцовых книг, как документов, на основе которых производилось обложение, усиливалось, но они приобретали характер поземельных описей.

Охват явлений хозяйственной жизни был очень широк – от сведений о башнях  городского кремля до известий о породах промышляемой в озерах рыбы. Вместе с тем писцовые описания не были учетами населения. В ходе их выявлялись только владельцы дворов.

Данные поземельных описей могли служить лишь временными источниками определения обложения. Торговые и промысловые занятия оставались при такой системе без обложения, что было невыгодно государственному фиску и обусловливало необходимость отыскивания новых единиц обложения. Такой единицей стал двор – домохозяйство в современном понимании.

Писцовые книги занимают почетное место в ряду предшественников современной статистики. В них можно найти массу интереснейших сведений о хозяйстве России того времени.

В XV в. в связи с тем, что единицей налогового обложения стали земельные участки, получили распространение поземельные переписи, в которых учитывалось и население. В XVII в. в результате развития торговли и ремесел единицей налогового обложения становится «двор» или «хозяйство» и русские переписи превращаются из поземельных в подворные.

Важную роль в истории переписей сыграла одна из челобитных, поданная в 1645 г. на имя 16-летнего царя Алексея Михайловича. Составлявшие ее дворяне, конечно, меньше всего думали о переписных делах. Заботило их совсем другое – то, что они «от служеб обедняли, и от олжали великими долги и коньми опали, а поместья их и вотчины опустели и домы их оскудели и разорены без остатку от войны и от сильных людей». Однако эта челобитная послужила поводом для серьезных изменений в организации учета населения.

«Сильные мира», о которых говорилось в челобитной, были наиболее крупными землевладельцами – боярами, владевшими порой тысячами крестьянских дворов. Они нередко захватывали и укрывали крестьян, принадлежавших их более слабым соседям, а по прошествии «урочных лет» – искового срока давности в отношении сыска беглых – записывали крестьян за собой.

Не посчитаться с требованиями бояр было нельзя. «Сильным людям» пришлось идти на уступки. Одной из них и стало решение о проведении в 1646 г. переписи.

Правительственный наказ ясно определил крепостнические цели переписи. «Как  крестьян и бобылей и дворы их перепишут, – говорилось в нем, – по тем переписным книгам крестьяне и бобыли, и их дети, и братья, и племянники будут крепки и без урочных лет… А которые люди, после той переписки, учтут беглых крестьян принимать и за собой держать, а вотчинники и помещики тех крестьян, по суду и по сыску и по тем переписным книгам, отдавать…».

Перепись 1646 г. в отличие предыдущих писцовых описаний была прежде всего учетом населения. Переписчики записывали всех облагаемых податями лиц мужского пола, включая детей (последних – с указанием возраста). Результаты переписи сослужили тогда двойную службу – стали юридической основой для еще большего закрепощения крестьян и базой для взимания налогов.

Следующая перепись была проведена в 1676–1678 гг. Сохранилось немало документов, позволяющих воссоздать атмосферу, в которой они проводились, обрисовать портреты переписчиков, выяснить отношение населения к переписям. Попытаемся по ним представить себе, как проходил учет населения в России в XVII столетии. 

Перепись велась прежде всего силами писцов и подьячих, служивших в московских приказах – органах центральной власти, ответственных за тот или иной участок государственных дел. Наиболее высокопоставленные подьячие занимали важные административные должности, обязанностью остальных было составление многочисленных приказных бумаг.

«Государство дворянское, – писал академик М.Н.Тихомиров, – в значительной мере опиралось на эту приказную компанию, которую, надо сказать, жгуче ненавидело население. От них шла возможность изменения в приказных документах, они производили различного рода волокиту, которая в XVII веке даже в царских документах носила название «московская волокита»… Подьячих часто разоряли во время восстаний, иногда они и гибли. С XVII века они носили очень поэтическое название – «крапивное семя» [14].

Для проведения переписи в том или ином уезде туда направлялся писец и несколько его помощников – подьячих, которые делились на «старых» (старших) и молодых. Работа писца была сложной, требовала специальных знаний. Поездка ожидалась длительная, и к ней серьезно готовились.

Прежде всего писец снабжался наказом – инструкцией о том, как проводить перепись. Кроме того, ему вручались «приправочные книги» – копии материалов предыдущих описаний местности, в которую направлялся писец. В качестве «приправочных» во время переписи 1676–1678 гг. использовались, например, переписные книги 1646 г.  Понятно, что «приправочные книги» служили для писца большим подспорьем – они были и своеобразным путеводителем по местности, и образцом составления новых книг, и, наконец, средством сопоставления получаемых результатов с данными прошлых лет, а следовательно, инструментом контроля.

Местный воевода обязан был содействовать переписчикам, прибывшим в его уезд, назначить им помощников из числа местного населения и обеспечить всем необходимым, начиная с продовольствия. В 20-е годы XVII в. переписной комиссии полагалось, например, выдавать «по туше бараньей, по куренку, да луку, чесноку, яиц и масла в скоромный день, а в постный – где какая рыба лучится».

Непосредственная работа переписчиков начиналась с того, что, приехав в станы и волости, в монастырские вотчины и поместья, они должны были «в тех вотчинах и поместьях… государев указ (о переписи) вычитать… чтоб дворяне и дети боярские и их приказчики и старосты и целовальники приносили к ним сказки…». «Сказками» в данном случае называли отчеты о численности крестьян в крепостнической вотчине или посадских людей на тяглом дворе. Но сказки зачастую не отражали объективной картины, их составители сознательно искажали истинное положение дел.

Тяглое население, разумеется, пыталось всеми силами уменьшить размер податей, которыми оно облагалось на основе результатов переписи. Для обмана переписчиков существовали различные способы, и они были хорошо известны, перечислялись в наказах писцам, но это мало помогало. Самый простой способ, позволявший «дворы жилые писать пустыми», заключался в том, что посадские люди на период переписи просто уходили к своим родственникам или вообще на время уезжали из города, оставляя двор пустым.

Что касается дворян, то в принципе они, конечно, не могли не поддерживать проведение переписей, однако, когда дело доходило до их собственных поместий, ситуация резко менялась. Чтобы уменьшить число дворов, облагаемых податью, крестьян «из многих дворов в один переводили», огораживали два двора одной изгородью, а иногда просто скрывали дворы от переписчиков.

Подворные переписи были чрезвычайно ограничены по кругу регистрируемых признаков и не имели определенной формы и единообразных понятий не только для счета населения, но и для имущественного и хозяйственного положения лица. Длились они от года до десяти лет, проводились  иногда лицами совершенно неграмотными, сопровождались поборами и порождали массовые  утайки, искажения и бегство от регистрации. К тому же сказывались систематический недостаток в  писцовых книгах и отсутствие единого управляющего центра деятельности писцов.

Перепись 1710 г., проведенная при Петре I, носила черты подворной переписи, но результаты ее, вскрыв катастрофическое сокращение податных дворов, поставили Петра I перед фактом возможного резкого сокращения государственных податей. В переписи 1710 г. была сделана попытка записывать оба пола. От переписи 1678 г. до переписи 1710 г. численность податных хозяйств сократилась на 19,5%. Петр I отверг результаты переписи 1710 г. и приказал принимать подати по книгам 1678 г. Одновременно Петр I приказал провести в течение 1716–1717 гг. новую перепись, известную под название «ландратской» (по имени должностных лиц, стоящих во главе губернии). Проведенная в ряде губерний эта перепись показала различный процесс движения дворов и населения. Если раньше, с целью относительного сокращения налогов, были замечены массовые случаи формального объединения дворов, то данные ландратской переписи доказали это: процесс изменения хозяйств в сторону увеличения и уменьшения шел значительно медленнее, нежели процесс изменения численности населения.

 Сама перепись предопределяла резко отрицательное отношение к ней со стороны населения, и даже жесточайшие наказания за утайку не давали правительству желаемых результатов. Множество ошибок происходило из-за невежества и небрежности переписчиков, а также из-за взяток переписчикам за пропущенные дворы. С другой стороны, за недачу взятки пустые дворы записывались как жилые, были случаи пропусков целых деревень или одно и тоже село переписывалось дважды.

Фискальная цель переписи и злоупотребления писцов приводили иногда к восстаниям, например, в 1678 г. в «украйных» городах.

В 1718 г. указом Петра I было положено начало подушным переписям (в отличие от подворных). Царь издал указ, коим повелевал «взять сказки у всех, чтобы правдивые принесли, сколько у кого в какой деревне душ мужского пола…». Подушные переписи должны были обеспечить получение данных для обложения населения подушной податью и составления разверстки рекрутского набора. Первые подушные списки населения, их называли «сказками», были составлены за три года, а затем еще столько же проверялись – «проходили ревизию». Последующие подушные учеты населения и стали называться «ревизиями», а списки населения – «ревизскими сказками».

За 140 лет (с 1719 по 1859 г.) в России было проведено 10 ревизий, каждая из которых продолжалась по несколько лет. Эти переписи были очень неточными – переписывалось не все население, а только из податных сословий, т.е. те, которые подлежали обложению налогами. Помещики не торопились подать очередную «ревизскую сказку», поэтому многие умершие числились живыми. Это, кстати, и явилось основой сюжета гоголевских «Мертвых душ». Несмотря на недостатки, ревизии сыграли положительную роль в развитии учета населения. В некоторых из них предпринимались попытки учесть более полно не только общую численность податных сословий, но и их состав по полу, возрасту, национальности, социальному и семейному положению.

В основном  все ревизии преследовали фискальные цели. Просвещенная Екатерина II, говорила, что «…великое государство не может без учета населения жить... Этак-то устойчивых финансов у нас и не будет, ибо копейка от человека исходит, к нему же она и возвращается. Как же мне, женщине слабой, государством управлять, ежели  не ведать, сколь душ у меня верноподданных? Нужна ревизия населения…»

Данные первых двух ревизий послужили в свое время основой для написания русским ученым М.В.Ломоносовым научного труда «О сохранении и размножении российского народа»; материалы десятой ревизии использовал К.Маркс в работе «Об освобождении крестьян в России», в которой он исследовал состояние помещичьего хозяйства и основы отмены крепостного права.

После отмены крепостного права начали проводиться переписи населения в отдельных городах и даже губерниях, однако многие из них представляли собой казенные полицейские «народоисчисления». Их недостаток был в том, что у домохозяев собирали сведения не о фактически проживающих, а о прописанных в доме. Кроме того, перепись не охватывала всю страну: только в Москве, Петербурге и некоторых других городах она проводилась регулярно, каждые 10–12 лет.

Позднее перешли к научно организованным переписям, которые регулярно проводились в Москве (1871, 1882, 1902, 1912 гг.), Петербурге (1862, 1863, 1864, 1869, 1881, 1890, 1910, 1915 гг.) и других городах. В некоторых губерниях (Астраханской – в 1873 г., Акмолинской – в 1877  г., Псковской – в 1870 и 1887 гг. и др.) переписывали жителей во всех городах. В 1863 и 1881 гг. переписано население всей Курляндской, а в 1881 г. – также Лифляндской и Эстляндской губерний. Таких местных переписей было проведено не менее 200, но материалы многих из них не были опубликованы, и о некоторых неизвестно ничего, кроме года переписи.

Почти каждая перепись населения оставляет о себе память. Иногда это легенды, а чаще, особенно в новое время, зафиксированные на бумаге итоги подсчетов. Результаты их с большей или меньшей полнотой описывают жизнь общества в период, когда проводился учет.

 Вот какие сведения были получены в ходе первой московской переписи населения. Прежде всего, очевидно, что Москва 1871 г. была городом  женихов, а не невест. Мужчин  насчитывалось 354 тыс., а женщин – 248 тыс. чел., т.е. на 100 мужчин – в среднем 71 женщина. Такое соотношение говорило о привлекательности Москвы «как промышленного, торгового и умственного центра». Первопрестольная притягивала рабочих из близлежащих областей, сюда стекались торговцы и молодежь для обучения.

Для того чтобы узнать, какой была Россия сто лет назад, не обязательно обращаться к справочникам – достаточно перелистать  газеты и журналы тех лет.

Если верить таблице, опубликованной в петербургском журнале «Новый мир» в начале прошлого века, население империи на 1 января 1901 г. составляло 141403900 чел. А вместе с княжеством Финляндским, в положении которого всегда была какая-то «особливость», у российского императора сто лет назад было ровно 144186615 подданных.

Русские среди населения империи составляли 44,3%, малороссы – 17,8%, а белорусы – 4,6%. Все эти народы в тогдашних статистических выкладках объединялись общим именем «русские». После «объединенных русских» самыми многочисленными народами империи (6,3%) были поляки (на территории принадлежавшей России части Польши проживало около 8 млн чел.), и евреи (5063155 чел., или 4,1%). Далее шли: татары (2,97%), немцы (1,42%), латыши (1,14%), башкиры (1,25%) и грузины (1,1%). На долю каждой из остальных наций России приходилось меньше 1%.

В начале прошлого века в России проживало 1220169 потомственных дворян, 630 тыс. дворян личных, 15386392 мещанина, 2908846 войсковых казаков, 281179 купцов и 588497 лиц духовного звания. А кормила все это народонаселение армия крестьян.

Сто лет тому назад в экономической жизни России заметную роль играли иностранцы. В 1901 г. самым большим «вкраплением» в российский монолит были подданные Германии – 158 тыс. чел.; Австро-Венгрии – 122; Турции – 121; французов в тогдашней России  чуть более 9 тыс., а англичан – 7,5 тыс. чел. Кроме них в пределах Российской империи занимались коммерцией, работали по найму, зарабатывая на хлеб: бельгийцы (1933 чел.), болгары (2460 чел.), а также сербы, норвежцы, румыны, корейцы, персияне, американцы и японцы. Самое незначительное число иностранных подданных составляли испанцы (243 чел.) и португальцы (54 чел.).

Любопытно, что почти во всех иностранных «землячествах» число мужчин и женщин было разным: в Россию приезжали в основном мужчины – работать и создавать капитал. Женщин они при этом, естественно, находили на месте, а посему удивляться раскосости глаз или смуглой коже обитателей сегодняшней российской глубинки не приходится – против генетики не попрешь!

Исключение из этого правила сто лет назад составляли французы, англичане и немцы, среди которых преобладали особы слабого пола. Многие из этих дам приезжали в Россию зарабатывать деньги: немецкие горничные, французские и английские гувернантки считались в состоятельных семействах «наилучшими».

Немаловажным показателем жизни населения была грамотность. В начале XX в. в нашей стране насчитывалось грамотного населения всего 21,1%. «По числу грамотных Россия занимает последнее место в ряду культурных государств мира», – сообщал своим читателям журнал  «Нива». При этом наибольшее число грамотных (от 77 до 80%) было в прибалтийских губерниях, за ними шли Петербургская (55,1%) и Московская (40,2%) губернии. А самым «неграмотным» городом из российских центров культуры была Варшава – всего 12,5% умеющих читать и писать!

Интересным историческим фактом является участие известных русских писателей в переписях населения.

Для многих станет неожиданностью, что наряду с обличением крепостнического строя Александр Радищев был и основоположником отечественной демографической статистики, то есть науки, которая изучает и оценивает результаты переписей населения. Свои  воззрения  на  статистику  он  изложил в работах: «Письмо о китайском торге» (1794 г.), «Описание моего владения...» (1799 г.), «О законоположении» (1802 г.). В основном он следовал традициям описательной школы, но, как и «политические арифметики», применял косвенные расчеты: подсчитывал народный доход России, величину его товарно-денежной части и т.д. Фактически, именно Радищев разработал те принципы обобщения статистических данных, которые легли в основу проведения «ревизий» и «сказок» в XIX в., а во многом «дожили» и до первой русской общегосударственной переписи 1897 г.

Перепись 1882 г. в Москве знаменита тем, что в ней принимал участие великий русский писатель граф Л.Н. Толстой.

Лев Николаевич писал: «Я предлагал воспользоваться переписью для того, чтобы узнать нищету в Москве и помочь ей делом и деньгами, и сделать так, чтобы бедных не было в Москве». Толстой считал, что «для общества интерес и значение переписи в том, что она дает ему зеркало, в которое хочешь, не хочешь, посмотрится все общество и каждый из нас» [13].

 Он выбрал себе один из самых сложных и трудных участков, Проточный переулок, где находилась ночлежка, среди московской голытьбы это мрачное двухэтажное здание носило название «Ржанова крепость». Действительно, грязная ночлежка, заполненная опустившимися на самое дно нищими, отчаявшимися людьми, послужила для Толстого зеркалом, отразившим, страшную бедность народа.

Под впечатлением от увиденного, Л.Н. Толстой написал свою знаменитую статью «Так что же нам делать?» (1882 г.). В этой статье он пишет: «Цель переписи – научная. Перепись есть социологическое исследование. Цель же науки социологии – счастье людей. Наука эта и ее приемы резко отличаются от других наук. Особенность в том, что социологическое исследование не производится путем работы ученых по своим кабинетам, обсерваториям и лабораториям, а производится двумя тысячами людей из общества. Другая особенность, что исследования других наук производятся не над живыми людьми, а здесь – над живыми людьми. Третья особенность та, что цель других наук есть только знание, а здесь благо людей. Туманные пятна можно исследовать одному, а для исследования Москвы нужно 2000 людей. Цель исследования туманных пятен только та, чтобы узнать все про туманные пятна, цель исследования жителей та, чтобы вывести законы социологии и на основе этих законов учредить лучше жизнь людей. Туманным пятнам все равно, исследуют их или нет, они ждали и еще долго готовы ждать, но жителям Москвы не все равно, особенно тем несчастным, которые составляют самый интересный предмет науки социологии» [13].

Лев Николаевич надеялся вызвать в богатых сочувствие к городской нищете, собрать деньги, набрать людей, желающих содействовать этому делу и вместе с переписью пройти все притоны бедности. Кроме выполнения обязанностей переписчика, писатель пытался войти в общение с несчастными, узнать подробности их нужды и помочь им деньгами и работой, высылкой из Москвы, помещением детей в школы, стариков – в приюты и богадельни.

 В 90-х годах XIX в. попытку переписать население Сахалина, по собственной инициативе, предпринял великий русский писатель Антон Павлович Чехов. Он лично обходил дома и заполнил тысячи переписных карточек. Эти карточки, хранящиеся до сих пор, – убедительно свидетельствуют о крайней нищете, безграмотности и бескультурье жителей Сахалина. Переписывая ссыльных Сахалина, писатель внес вклад не только в историю острова, но и в русскую литературу. Чехов общался с людьми, узнавал истории их жизней, причины ссылки и набирал богатый материал для своих заметок. История этой переписи запечатлена в его книге «Остров Сахалин» (1895 г.). Путевые заметки из этой серии наглядно отображают жизнь обитателей острова и труд переписчика, которым стал на время А.П. Чехов.

«Эту работу, произведенную в три месяца одним человеком, в сущности, нельзя назвать переписью; результаты ее не могут отличаться точностью и полнотой, но, за неимением более серьезных данных ни в литературе, ни в сахалинских канцеляриях, быть может, пригодятся и мои цифры» – так отзывался о сахалинской переписной эпопее сам писатель [15].

Чехов был также участником  переписи 1897 г., руководил группой счетчиков в Серпуховском уезде Московской губернии.

Первая и единственная Всеобщая перепись населения Российской империи была проведена 9 февраля 1897 г. Инициатором ее стал выдающийся русский ученый  П.П.Семенов-Тян-Шанский. Царскому правительству с его бюрократической системой управления потребовалось почти сорок лет для того, чтобы подготовить всеобщую перепись

 Эта перепись – единственный источник достоверных данных о численности и составе населения России в конце XIX в. Она была научно организована, проводилась по всей стране одновременно, в краткие сроки, по единой программе и единой инструкции.

Единицей наблюдения было хозяйство, на которое и составлялся переписной лист, содержащий 14 пунктов. Программа переписи включала в себя социально-демографические характеристики опрашиваемых, брачное состояние, место рождения, вероисповедание, родной язык, грамотность и занятие. Было повсеместно объявлено, что она «не будет служить поводом ни для каких новых налогов или повинностей», а цель ее –«познакомиться с населением и изучать его», а также «составить точные понятия о самых различных условиях народной жизни».

Численность населения России в 1897 г. составляла 67,5 млн чел., из них 15% проживали в городах. Доля мужского населения – 49%, женского – 51%; средняя продолжительность жизни – 32 года (31 год – мужчин и 33 года – женщин); доля грамотных в возрасте 9–49 лет (умеющих читать и писать или только читать) – 29,6%.

Стоимость переписи 1897 г. составила около 7 млн руб. Численность населения в 129,9 млн чел. предполагала, что затраты на одного человека – 5,5 копеек.

При заполнении переписных листов случались и казусы – на вопрос об имени и отчестве жены мужики из деревень отвечали так: «Буду я величать ее! Баба так и есть, и нет ей больше названия». Николай II в графе «род занятий» скромно указал: «Хозяин земли русской». В бланках Всероссийской переписи населения 1897 г. сохранилась запись о том, что Григорию Распутину было 28 лет.

Проект Всероссийской переписи населения обсуждался в 1870 г. на первом Всероссийском съезде статистиков, в 1872 г. – на VIII сессии Международного статистического конгресса. Окончательный проект переписи был утвержден Николаем II в июне 1895 г. Для проведения переписи наряду с оплачиваемыми счетчиками привлекались и бесплатные, специально для которых Николай II учредил  медаль «За труды по первой Всеобщей переписи населения 1897 года». Кроме того, в подготовку и проведение первой Всеобщей переписи включились многие представители русской интеллигенции  и дворянской элиты.

Однако непосредственное участие в организации переписи многих лучших представителей русской интеллигенции того времени не помогло устранить недостатки в программе переписи и методах ее проведения, так как осуществлялась она как полицейско-административное мероприятие. Руководство переписью было поручено чиновникам из Министерства внутренних дел и губернаторских канцелярий, которые в большинстве своем не знали статистику и не понимали ее значения. Роль царских чиновников, руководивших переписью, удачно определена в письме А.П.Чехова к издателю Суворину от 8 февраля 1897 г. «Перепись кончилась. Счетчики работали превосходно, педантично до смешного. Зато земские начальники, которым вверена была перепись в уездах, вели себя отвратительно: они ничего не делали, мало понимали и в самые тяжелые минуты сказывались больными». А.П.Чехов сам участвовал в проведении переписи 1897 г. – руководил группой счетчиков-регистраторов в Серпуховском уезде Московской губернии.

Большое значение придавал этой работе великий русский ученый Д.И.Менделеев, который на основе переписи написал книгу «К познанию России», опубликованную в 1906 г. и неоднократно переиздававшуюся. Писатель Л.Н.Толстой рассматривал перепись населения как социологическое исследование, которое проводится для того, чтобы вывести законы социологии и на основе этих законов «учредить лучше жизнь людей».

После переписи 1897 г. неоднократно ставился вопрос о необходимости проведения новой переписи населения в России. Правительство, ссылаясь на недавнее проведение первой переписи, заявило, что намерено произвести вторую перепись в 1910 г. Однако, когда пришел этот срок, у Министерства финансов на такую «вредную» затею, как перепись, не было средств. По инициативе Центрального статистического комитета в 1911 г. опять был поднят вопрос о проведении новой переписи. После долгих бюрократических  проволочек  было  решено  провести  вторую всеобщую перепись в 1915 г., был готов план переписи, составлены проекты инструкций и переписные бланки, однако начавшаяся в 1914 г. Первая мировая война помешала осуществлению этого плана.

С установлением советской власти начался новый этап развития статистики в нашей стране. Сразу после революции 1917 г. В.И.Ленин провозгласил свой знаменитый лозунг: «Социализм – это учет». А летом 1918 г. началась практическая работа по организации советской статистики.

Изменение границ государства в 1918–1921 гг., массовые миграции, отсутствие точных данных о потерях в гражданской войне и естественном движении населения в  1917–1921 гг. привели к тому, что к моменту образования СССР не было достоверных данных о численности населения.

Первая всероссийская советская перепись населения была проведена в августе 1920 г. Подготовка и проведение переписи проходило в труднейших условиях интервенции и гражданской войны, голода, разрухи. В ходе проведения переписи были получены сведения только о 70% населения страны, некоторые районы оказались недоступными из-за ведения военных действий. Тяжелым было материальное обеспечение переписи: не хватало работников, транспорта, бумаги и прочих средств.

Перепись населения решено было совместить с проведением сельскохозяйственной переписи и кратким учетом промышленных предприятий. Сельскохозяйственную перепись необходимо было провести до начала продовольственной кампании, поэтому переписные работы предполагалось провести в конце августа – начале сентября.

Критический момент переписи – 28 августа – также был выбран не случайно. На эту дату приходится церковный праздник – Успение Богородицы. Такой выбор критического момента помогал опрашиваемым вспомнить, какие события произошли незадолго до 28 августа, а какие – уже после названной даты. Достоверности получаемых сведений должны были способствовать и сжатые сроки переписи – в городах ее предполагалось закончить за неделю (с 28 августа по 3 сентября), в сельской местности – за две недели (с 28 августа по 10 сентября). Однако в действительности данные сроки выдерживались в редких случаях. Обычно же они превышались в 1,5–2 раза.

Для участия в переписи предполагалось привлечь около 114 тыс. статистиков (11 тыс. инструкторов и 103 тыс. регистраторов). Их работа была довольно сложной, если принять во внимание, что имели место такие случаи, когда бандиты уничтожали собранный в ходе переписи  материал и его приходилось восстанавливать снова и снова. Были и другие инциденты. В казанских деревнях переписчиков раздевали, так как думали, что это черти и у них есть хвосты. Целые деревни отказывались переписываться поскольку считали, что цель переписи – «отправить лишних баб в Германию».

Перепись населения 1920 г. проводилась по весьма обширной программе на основе карточной системы сбора данных, что давало возможность быстрее обработать материалы при ручном подсчете итогов. В городских поселениях применялись три формуляра: подворная ведомость для сбора материалов о владениях (дворовых участках), квартальная карта с данными о жилых квартирах и личный листок, на который записывались необходимые сведения о каждом жильце. В сельских местностях, кроме личного листка, заполнялись поселенные бланки. Вопрос о вероисповедании, традиционно включенный в анкету, по предложению  В.И.Ленина был исключен.

Интересны слова, сказанные тогдашним главой Центрального статистического управления П.И.Поповым на третьей Всесоюзной статистической конференции в январе 1921 г.: «Мы сделали большое дело. Мы произвели три переписи. В капиталистическом обществе, в условиях нормального времени, к таким переписям готовились годами. В нашем распоряжении было четыре месяца, если считать с момента опубликования декрета о переписи (май-август). Чтобы произвести эту перепись, потребовалось колоссальное напряжение сил, потребовалась энергия и те идейные побуждения, любовь к делу, которую проявили наши статистики на местах. Без этой стороны работы ее нельзя было бы провести. Я скажу, что только героизм местных органов мог преодолеть все препятствия. Без героизма, без любви к делу, без самопожертвования мы переписи не имели бы. Многие наши товарищи погибли. Я имею, по неполным данным, сообщение, что свыше 30 человек убито. Многие умерли от болезней...» [11].

В 1923 г. проводилась перепись населения в городах и поселениях городского типа одновременно с переписью промышленных и торговых предприятий.

Первая Всесоюзная перепись населения состоялась 17 декабря 1926  г., она впервые охватила все население страны. Перепись 1926 г. была спроектирована на высоком уровне и проведена опытными специалистами, вышедшими в основном из земской статистики. Выдающиеся советские статистики В.Г.Михайловский и О.А.Квиткин выработали научные принципы, которые легли в основу как этой, так и следующих советских переписей населения. Перепись 1926 г. отличалась не только продуманной методикой получения сведений, но и богатством собранных данных, особенно о социальном составе населения и о семьях. Ее материалы были очень нужны, они легли в основу первого народно-хозяйственного плана развития экономики и культуры СССР.

Впервые были подробно изучены семья, грамотность и этнографический состав населения страны. Особенностью программы личного листка была постановка вопросов о народности вместо национальности, чем преследовалась цель дать более детальную картину этнографического состава населения страны. Термин “народность” подчеркивал, по мнению организаторов переписи, племенное происхождение опрашиваемых, как они сами его определяют. Грамотность в переписи 1926 г. определялась умением читать хотя бы по слогам и подписывать свою фамилию.  В программе стояли и вопросы о месте рождения и продолжительности постоянного проживания. Однако временное проживание не ограничивалось сроком. В личном листке также присутствовали вопросы об увечьях и психических больных ввиду отсутствия сведений в других источниках. Указывались причины увечья, отмечалось, являются ли эти недостатки причинами империалистической или гражданской войны, врожденными, полученными на работе.

 В программе личного листка особенно подробно спрашивалось о занятиях и средствах к существованию. Необходимо было указать главное и побочные занятия, должность и специальность, положение в занятии. Особо стояли вопросы о безработных, о средствах к существованию не имеющих занятия, о занятиях лиц, на иждивении которых находится опрашиваемый. Это было необходимо в условиях восстановительного периода, так как сведения о безработных, которыми располагали существовавшие в то время биржи труда, были недостаточно достоверны.

Особыми параграфами (8 и 9) предусматривалась обязанность всех граждан давать регистраторам все необходимые сведения по вопросам переписи и устанавливалось «наложение административных взысканий в размере, принятом соответствующими законами,  за уклонение от дачи регистраторам сведений по вопросам переписи». В параграфе 10 подчеркивалось: воспретить использование ответов граждан для каких бы то ни было целей, кроме составления статистических таблиц. В качестве счетчиков, привлекались учителя школ и вообще работники народного просвещения,  учащиеся вузов, рабфаков, техникумов, учащиеся старших классов средних учебных заведений, служащие, пригодные по образовательному цензу и могущие уделить достаточно времени для работ по переписи, а также статистические работники различных организаций.   

Подробные материалы этой переписи были широко опубликованы, и она остается до сих пор образцовой в истории отечественной статистики как по методологии, так и по представлению результатов.

Вторая Всесоюзная перепись населения  была проведена в январе 1937 г. (первоначально намечалась на 1933 г., однако голод, вызванный коллективизацией, привел к демографической катастрофе, которую тщательно скрывали). Перепись 1937 г. прошла успешно, хотя ее проект, подготовленный статистиками-профессионалами, был сокращен и искажен Сталиным. На эту перепись Сталин возлагал большие надежды: она должна была продемонстрировать всему миру достижения страны социализма. Предполагалось, что прирост населения за 11 лет (с 1926 г.) составит около 37,6 млн чел.

Однако перепись дала ошеломляющие результаты: население – 156 млн, т.е. общий прирост всего 7,2 млн. Сколько смертей пришлось на тюрьмы, лагеря, голод – установить невозможно.

 Сталин вынужден был признать перепись «вредительской» и засекретить ее результаты. Основных причин было две. Первая – в результате переписи «прорисовались» страшные последствия голода 1932–1934 гг., когда страна потеряла, по разным данным, от 6 до 8 млн чел. Причина вторая – «неправильные» данные о религиозных убеждениях населения, к которым привел «неправильный» вопрос в опросных листах. Он звучал примерно так: К какому вероисповеданию принадлежит опрашиваемый? Даже не сильно верующие люди отвечали: православный, мусульманин и т.п. По итогам переписи получалось, что в стране «воинствующего атеизма» собственно атеистов почти нет.

Кроме того, сведения об уровне образования опровергали миф о всеобщей грамотности. Безусловно, в стране немало сделали для преодоления неграмотности населения, но об окончательной победе трубить было явно преждевременно. Например, 30% женщин не умели читать по слогам и подписывать свою фамилию (таков был по переписи критерий грамотности). В целом, четвертая часть населения в возрасте от 10 лет и старше не умела читать, хотя говорилось о всеобщей грамотности.

Данные переписи были немедленно изъяты и уничтожены (уцелевшие в архивах основные результаты переписи населения 1937 г. были опубликованы только в 1990 г.). 

Правда, кое-какие цифры оставались в головах руководителей статистической службы. В результате организаторы и многие рядовые исполнители переписи оказались в лагерях вместе с «врагами народа», часть из них была расстреляна. Например, начальник ЦСУ Иван Адамович Краваль. Среди пострадавших оказался и знаменитый статистик Олимпий Аристархович Квиткин – организатор и разработчик переписи 1926 г., лучший демограф России.

Перепись была признана недействительной, поскольку в ее ходе имели место «грубейшие нарушения элементарных основ статистической науки». Вопрос о вероисповедании навсегда исчез из советских переписных листов – от греха подальше. Однако жить вовсе без переписи населения как-то неуютно. Да и перед Европой неудобно. Поэтому следующую перепись назначили на 1939 г. И для получения лучших результатов, в том числе для увеличения численности страны, у Сталина возникла гениальная мысль: увеличить рождаемость детей, правда не улучшением жизни населения, а запрещением абортов. Акция не принесла ожидаемого результата, количество абортов за год составило 158 тыс. только по Москве и Ленинграду. 

17 января 1939 г. была проведена еще одна перепись, на этот раз объявленная точной. Перепись имела четкую цель: любой ценой показать рост численности населения СССР. Этой цели она достигла, вместе с тем очевидно, что этими данными нужно пользоваться с большой осторожностью. Они не дают общей картины, разрознены и часто противоречивы. Видимо, понимая всю некорректность проведения переписи, дефектность материалов, значительную их часть перевели в секретные фонды, а в открытую печать попали лишь некоторые цифры.

Итак,  численность населения оказалось равной 170 млн. «Прирост» за два года – 14 млн чел. Если вспомнить, какими «урожайными» эти годы (1937–1938) были на смерть, то поистине произошло чудо. Однако при сравнении с результатами переписи 1926 г. чудо сразу поблекло – прирост за 13 лет составил 21,2 млн чел. Это всего 9% от общего прироста населения вместо ожидаемых и естественных 29%. Меры для повышения численности советского народа были применены серьезные.

Впервые по всей территории страны учитывалось не только наличное население, но и постоянное. Опасаясь возможного недоучета населения был усилен контроль полноты учета: после окончания переписи в течение 10 дней проводился сплошной контрольный обход; впервые в истории отечественной переписи был введен контрольный бланк, содержавший вопросы переписного листа и заполнявшийся на всех проживающих постоянно или временно в данном помещении, но на момент переписи находившихся в другом месте, где они должны быть переписаны в составе наличного населения. Кроме того, всем переписанным в качестве временно проживающих или собирающихся уехать выдавалась справка о прохождении переписи.

Впервые в практике советского переписного дела ввелось уголовное наказание за уклонение от переписи. Был принят специальный негласный указ СНК СССР о розыске и учете при переписи бездомного и не прописанного в городах населения, скрывающегося в подвалах, котлах для варки асфальта, на чердаках, под мостами и т.д.

В рамках общей переписи были проведены две специальные переписи: спецконтингента (заключенных, охраны мест заключения, сотрудников аппарата НКВД) органами НКВД и военнослужащих – НКО. Результаты обеих переписей были приплюсованы к общим итогам.

Материалы переписи 1939 г. еще не успели разработать, как они уже устарели: в 1939–1940 гг. в состав СССР вошли территории (0,4 млн кв. км) с населением приблизительно свыше 20 млн чел. – точных данных об этом населении не было. Краткие итоги переписи были опубликованы в 1939–1940 гг., полные – только в начале 1990-х.

Итоги переписей населения 1926, 1937, 1939 гг. по разным причинам нуждаются в критической переоценке, а имеющиеся отрывочные данные о численности и движении населения противоречат друг другу, требуют уточнения и корректировки. Вообще в довоенное время появлявшиеся в официальных источниках данные о населении были разрозненными и противоречивыми. Отсутствие систематических публикаций связано не только с секретностью, распространенной в те годы, но также со стремлением скрыть от советских и зарубежных читателей последствия массовых репрессий, раскулачивания и голода 1933 г.

В течение 20 лет в стране не проводились переписи населения, что было обусловлено не только экономическими трудностями послевоенного периода, но и нежеланием привлекать внимание к неоправданно огромным людским потерям в период Великой Отечественной войны: о величине этих потерь до сих пор идет спор, поскольку довоенная численность населения страны восстановилась только в 1955 г.

Кроме того, после войны демографическую ситуацию ухудшил голод, унесший около миллиона жизней. Очевидно, что данные за этот период не могли быть использованы в пропагандистских целях, поэтому Сталин отверг предложение статистиков о проведении новой переписи в 1949 г.

Некоторой заменой переписи стала статистическая разработка списков избирателей после выборов  в феврале 1946 г. Однако в этих списках не было большого количества жителей России (находящихся  в ссылках, лагерях, тюрьмах, военнослужащих), не говоря уже  о  детях  и  подростках  до  18  лет.  Подобная  работа  проводилась  неоднократно, а в 1954 г. (на 1 апреля) в дополнение к спискам был проведен подсчет детей  в возрасте до 18 лет по полу и году рождения. Но заменить перепись эти операции не могли.

Следующая перепись населения в СССР состоялась в 1959 г. (на 15 января). По организации и содержанию собранных данных она практически не отличалась от аналогичной программы 1939 г. Однако из 16 вопросов, ставившихся тогда, некоторые были исключены. Так, отсутствовал пункт  «о постоянном или временном проживании в данной местности», поскольку приводившиеся в листе последующие два дублировали его. Вопрос о грамотности был слит с вопросом об образовании. В связи с этим отпала необходимость спрашивать о том, окончил ли респондент среднюю или высшую школу. Вопросы о месте работы и занятии по этому месту работы поменялись местами (в 1939 г. сначала спрашивалось о роде занятий, а потом о месте работы). Для тех, кто не имеет занятий, являющихся источником дохода, следовало указать другой источник средств к существованию.

Перепись 1959 г. имела свои особенности: был установлен единый срок проведения переписи населения – 8 дней, ставший традиционным для всех последующих переписей; впервые при разработке материалов был применен выборочный метод (разработка данных о семье). Рост образовательного уровня в стране позволил отказаться от вопроса о грамотности и перейти к двум вопросам: «образование» и «тип учебного заведения» – для учащихся. Обработка данных была полностью механизирована и проводилась централизованно.

Данные переписи были использованы в планировании управления, послужили основой для последующих расчетов численности и состава населения. На этот раз демографический потенциал был оценен в 208,8 млн чел.

Дальше  переписи  населения  становятся регулярными – с периодичностью раз в 10 лет.

Очередная перепись прошла в 1970 г. (на 15 января).  С целью экономии времени и средств впервые в отечественной практике был применен выборочный метод при сборе данных: часть сведений была получена путем опроса не всех, а только 25% населения, это стало новым явлением в нашей статистике.

Программа разработки материалов переписи была в 1,5 раза шире предыдущей. Переписной лист состоял из 11 вопросов. Это дополнялось ответами на 7 вопросов выборочной переписи. В работу по переписи для городов и их пригородных районов, утвержденных по особому списку (города с населением свыше 500 тыс. жителей), входил учет передвижения населения от места жительства до места работы, учебы.

Вопрос о гражданстве был соединен с вопросом о национальности. Причем о  национальности отвечали советские граждане, а о гражданстве – иностранцы. Учащимся следовало указать тип учебного заведения вместо полного его названия в переписи 1959 г. Интересным новшеством явилась рекомендация после записи в верхней строке родного языка лицам, умеющим свободно разговаривать на каком-либо еще языке народов СССР, указать это.

Особенностью этой переписи стал сбор сведений о миграции населения: необходимо было указать, сколько времени непрерывно проживает в данном населенном пункте; для живущего менее двух лет указать место предыдущего постоянного жительства; назвать причину перемены места жительства.

Была предпринята попытка изучить продолжительность работы в сезонных и других отраслях хозяйства, сопоставить среднегодовую численность занятых по переписи с данными текущей статистики.

Кроме того, сплошным опросом охватывались лица в трудоспособном возрасте, занятые в домашнем и личном подсобном сельском хозяйстве (мужчины в возрасте 16–59 и женщины – 16–54 лет).

 При обработке материалов переписи был применен ряд технических новшеств. Ее данные использовались при составлении плана 9-й пятилетки и для разработки долгосрочных демографических прогнозов.

Перепись населения 1979 г. (на 17 января) существенно отличались от предыдущих своей организацией и обработкой данных. Была применена принципиально  новая форма переписного листа, который являлся одновременно техническим носителем первичной информации для ввода ее в ЭВМ с помощью специальных считывающих устройств и записи на магнитную ленту.

Были добавлены новые вопросы, формулировки некоторых других – уточнены. Перепись дала обширные сведения об изменениях в составе населения, которые впоследствии широко использовались.

При переписи 1979 г. впервые был поставлен вопрос о числе рожденных женщиной детей (для углубленного исследования динамики рождаемости и изучения факторов, влияющих на воспроизводство населения). Также были получены сведения о населении в трудоспособном возрасте, занятом в домашнем и личном подсобном хозяйстве.

При заполнении карточек главу семьи указывали сами члены семьи из числа постоянно проживающих, но если возникали трудности с определением, то главою следовало считать того, кто обеспечивает основные средства к существованию.

Одной из задач переписи 1979 г. был сбор данных о долгожителях страны. Один из пунктов анкеты как раз касался долгожителей, точнее тех, кому сто и более лет. По условиям переписи в этот пункт анкеты необходимо было записать их год рождения, фамилию и адрес.

Перепись населения 1989 г. была проведена по состоянию на 12 января. В отличие от предыдущих переписей первичная информация вводилась в ЭВМ с применением нового оптического читающего устройства «Бланк», позволяющего кодировать ответы населения на вопросы переписного листа не только графическими методами, но и машиночитаемыми знаками.

В опросный лист впервые были включены вопросы о жилищных условиях, месте рождения. Это позволило получить сведения о жилищных условиях различных социально-демографических групп населения во всех районах страны, о развитии жилищной кооперации, о степени обеспеченности людей жильем и его благоустройстве. Разработка национального  состава населения осуществлялась по 128 названиям (раньше – по 123).

Наряду с общим списком вопросов был  дополнительный, и попавшим в выборки задавались еще пять вопросов: о принадлежности к общественной группе, о месте работы, роде занятий, продолжительности непрерывного проживания в данном населенном пункте;  для женщины – сколько детей родила и сколько из них живы.

Очередная перепись населения в России должна была  пройти в  1999 г., но в связи со сложным финансово-экономическим положением в стране ее перенесли на октябрь 2002 г.

Таблица

Итоги переписей 1926–1989 гг. по Российской Федерации

 

Показатели

1926 г.

1937 г.

1939 г.

1959 г.

1970 г.

1979 г.

1989 г.

Численность населения, тыс. чел.

92735

104932

108377

117534

130079

137551

147400

Доля населения, %

 

 

 

 

 

 

 

   городского

17,7

-

33,5

52,4

62,3

69,3

73,6

   сельского

82,3

-

66,5

47,6

37,7

30,7

26,4

   мужского

47

47

47

45

45

46

47

   женского

53

53

53

55

55

54

53

Средний размер семьи, чел.

-

-

4,06

3,65

3,54

3,27

3,23

Доля русского населения - %

73,6

-

82,9

83,3

82,8

82,6

81,5

Доля грамотных, %

60,9

-

89,7

98,5

99,7

99,8

99,8

 

Примечание. Грамотными считались лица в возрасте 9–49 лет, умеющие читать и писать или только читать.

 

Первыми городами-миллионерами, зафиксированными в переписи 1897 г. стали Москва (1039 тыс. чел.) и Санкт-Петербург (1265 тыс. чел.). Лишь к 1970 г. появились другие города с численностью более миллиона человек: Екатеринбург (1025 тыс. чел.), Нижний Новгород (1170 тыс. чел.), Новосибирск (1161 тыс. чел.), Самара (1027 тыс. чел.).